Сценарий «Клятва» состоит из серии эпизодов-плакатов, обозначающих то одно, то другое государственно важное событие. Так же плакатно выражают свое отношение к этим событиям и персонажи.
При внешнем драматизме обстоятельств и судеб образы-схемы предельно холодны, безэмоциональны.
Положенные в основу «Клятвы» принципы П. Павленко и M. Чиаурели были развиты в сценарии и фильме «Падение Берлина» (1949).
Центральный герой сценария «Падение Берлина», участник почти всех его событий, Иванов лишен активного начала. Война, разрушившая безмятежно счастливую его жизнь, заставляет взять в руки винтовку. Но, пройдя с боями до Берлина, Иванов ни в чем не проявляет собственной инициативы и воли. Это вовсе не тот Человек с ружьем, которого показал в свое время Погодин. Иван Шадрин искал свой путь, выбирал, решал. И известная встреча с Лениным важна не только для
солдата, но и для вождя. Совершенно иное в «Падении Берлина». Иванов так, как он написан в сценарии и сыг-ган Б. Андреевым, обладает одной силой — физической. Как и персонажи «Клятвы», это герой плакатный, хотя в сюжет вводятся различные подробности его жизни, отношения с невестой.
Надо сказать, что в прозе Павленко не был столь плакатен. В романе «Счастье», например, более или менее конкретно и достоверно рассказано о трудных человеческих судьбах. Полковник Воропаев, вернувшийся с фронта тяжелобольным, помогает людям одинаковой с ним участи выстоять в битве за жизнь. Правда, прикоснувшись к послевоенной неустроенной жизни, писатель поспешил исцелить героев от всех бед.
|
Сценарий «Клятва» 
Сценарий сочли недопустимо мрачным, и фильм ставить не стали. Но Тендряков писатель не мрачный, а яростно гражданственный. «Для прозы Тендрякова вообще характерен интерес к конфликтам трагическим.
Сюжет «Ухабов» — история одной дорожной катастрофы—развивается без отвлечений и отступлений. Небольшой по объему сценарий очень емок. Каждый эпизод, ситуация, зарисовка характера, деталь обстановки, пейзажа строго, почти протокольно документальны и вместе с тем содержат обобщение, вырастающее в конце концов до символа.
Конфликт Мансурова и Гмызина в повести развивается постепенно, в ряде обстоятельств и моментов действия. «Драматизация», произведенная Тендряковым в сценарии, особенно наглядна в эпизоде собрания, в повести кратко упомянутого, а на экране занявшего значительное место.